Пора не копировать, а делать свое


В любом деле подражательство не приветствуется. В виноделии особенно. Люди  пьют вина ради неповторимых и уникальных ощущений, которые возможны только в оригинале. Замена, подмена, аранжировки, ремейки – все это может быть копией хорошей или плохой, но всего лишь копией…

 

Сорок лет назад доктор Николас Катена купил высоко в горах землю для виноградника. Никто не думал, что аргентинское высокогорье с резкими перепадами температур способно произвести великие вина, но через 20 лет виноградник Агрело в Бодегас Эсмеральдо и Аламос стал известен любителям вина всего мира. А тысячеметровые высоты над уровнем моря, вопреки традиционным взглядам, открыли неожиданные плюсы. На этой высоте не водятся вредители лозы, ее не прививают и не опрыскивают. Поэтому сегодня себестоимость вина с чилийских и аргентинских отрогов Анд гораздо ниже, чем с калифорнийских холмов. Зато в Калифорнии есть свой плюс – жаркое солнце, которое создает в американских винах вкус вызревших фруктов.  Фишка, как на сегодняшнем сленге мы характеризуем индивидуальность, есть в каждом регионе, где растет виноград. Надо только проявить характер и творчество, чтобы превратить ее в достоинство вина.

В этом смысле наше виноделие не обладает   харизматическими чертами. Мы  привыкли обезьянничать в манерах обращения с брендами и технологиями, созданными другими. Сто лет назад купцы и виноторговцы использовали названия «Шато-Икем», «Бургундское», «Кларет», производя далекие от оригинала  подделки. «Советское шампанское», одно из самых популярных вин в СССР, было, конечно, советским, но не шампанским. Район выращивания винограда, его сорта и технологии  дистанцировались от Реймса на невероятное расстояние.

Всегда любопытно оценить не только явление, но и «технологию» подмены понятий. Имя сухого выдержанного вина кагор, изготовленного из сорта Мальбек, отечественное виноделие использует для десертного вареного вина, приготовленного на основе купажа нескольких красных сортов с добавлением спирта-ректификата. Или другой пример: португальская Madeira,  в основе которой местные островные сорта винограда  Серсиаль, Вердельо, Малмси. По ним и классифицируются разные  ее типы. Это крепленое бренди или сухое вино, которое длительно  выдерживается в особых 600-литровых (мадерных) дубовых бочках при температуре 30-40°С.  В нашем  же исполнении мы не придерживаемся португальской технологии и классификации, но называем вино «Мадерой».  Примерно то же  происходит и с хересом. С 1996 года испанцы начали выставлять претензии англичанам, киприотам и южноафриканцам, и теперь в еврозоне никто, кроме южноиспанского региона, не вправе использовать название Jerez, хотя именно англичане придумали и назвали sherry этот тип вина. К  списку можно добавить портвейн. Португальскую технологию определенных сортов винограда, крепление бренди из тех же сортов винограда и выдержку в обожженных бочках заменили на простенькую вариацию с совершенно иными сортами, креплением зерновым спиртом и без намека на выдержку.

В украинском виноделии используются многие бренды, заимствованные у европейцев. К ним, кроме портвейна, кагора, хереса, мадеры, можно отнести шампанское, токай  и многие другие. Сторонники сохранения статус-кво на поприще обозначений говорят о якобы сформированной за столетия собственной винодельческой культуре. На что европейцы возражают, дескать, если есть культура, должны быть и собственные бренды. Проблема не в семантике. В нашей стране есть компании, использующие иностранные названия для своих качественных вин, и есть компании, производящие суррогаты с громкими именами. И когда бренд не принадлежит никому, то находится масса желающих наклеить чужой звучный  «лейбл» к своему товару.  Сколько лет украинские виноделы используют болгарские названия вин «Тамянка», «Монастырская Изба», «Медвежья Кровь» и т.п., наверное, не скажет никто. Хотя, по большому счету, копировать эти посредственные  купажи не стоило, у нас хватало и своих. Но у отечественных названий есть авторы и права собственности на бренд. А «Тамянка» – название без хозяина, как портвейн или токай. Точнее, хозяева далеко, и мы, привыкшие к жизни за железным занавесом, продолжаем сохранять советское отношение к собственности, не всегда отдавая себе отчет, что видовое  название принадлежит только слову вино, а все остальное имеет своего хозяина в лице компании, региона или страны.

Брендинг для виноделия не исчерпывается соображениями маркетинга и продвижения товара. Это часть системы контроля качества, осуществляемого для определенного вида вин. На родине портвейна в долине Доуру не каждому винограднику присваивается высшая категория «А» для изготовления известного напитка. И если присваивается, то с условием, что урожай не должен превышать 600 литров вина с 1000 лоз. За качеством здесь ревниво следят не государственные чиновники, а сами производители портвейна. Ведь это их детище, их бизнес и их будущее.

Мне кажется, украинское виноделие приходит к необходимости создания своих брендов для  разных типов напитков из винограда. Настает пора быть оригинальным в производстве, философии и, требуя уважения к своему труду, не посягать на чужую славу.

 

Роберт Гулиев

 


 

 

 


На сайте есть материалы запрещенные к просмотру лицам младше 18 лет!