Жан-Мари Буржуа: Король-солнце Сансера, амбассадор Совиньона, локомотив французского виноделия


Досье D+:
В 1950 году виноградники Дома Henri Bourgeois составляли всего 2га. Сегодня Henri Bourgeois – это 65 га собственных виноградников, в том числе 4га крю Mont Damne, 3 домена – Henri Bourgeois и Laporte в Долине Луары, а также Clos Henri в Новой Зеландии. Всего за 50 лет семья серьезно продвинулась в тонкостях изучения виноградарства и виноделия в Сансере. Создала лучший в регионе гравитационный погреб. Выпустила впечатляющую линейку сансеров – от легких минеральных до насыщенных, выдержанных в дубе, а также получила статус пионера французского виноделия в Новой Зеландии, основав винодельню в регионе Мальборо.
Дженсис Робинсон как-то отметила, что семейное хозяйство Дома Henri Bourgeois занимается именно тем, чем обязаны заниматься десятки тысяч доменов Франции: распространять свои традиции по всему свету, расширять собственные горизонты, обмениваться опытом и идеями, – при этом делая вина все лучше и лучше у себя дома. За полстолетия кропотливой работы Жан-Мари Буржуа сделал свой домен крупнейшим в Сансере, но, несмотря на объемы, поддерживает высочайшее качество во всей линейке вин, которая, к слову, только белых сансеров насчитывает порядка дюжины.

В то время как над Сансером вставала звезда по имени Солнце, соседи Дома Henri Bourgeois и подумать не могли, что чудаковатые поступки этой семьи виноделов подарят мировое признание и славу всей коммуне. Эпоху Буржуа в винной жизни Сансера можно сравнить с великим веком царствования Людовика XIV, со свойственными тому времени бурным расцветом культуры производства, динамичным ростом престижа и укрепляющимся имиджем всего края. Правда, в отличие от монарха, провозгласившего знаменитое «Государство — это я!», Жан-Мари Буржуа акцентирует: «Сансер – это мы!».

D+: Уже 10 поколений семья Буржуа занимается виноделием в Сансере. Можете ли Вы кратко изложить историю Дома и рассказать, что изменилось в винах Вашей семьи, а что осталось нетронутым?

Еще до 60-х годов прошлого столетия мы были небольшим винным хозяйством. В 60 – 70-е годы, когда во Франции в принципе было не принято работать всей семьей в одном деле (каждый из сыновей, обзаведясь собственным семейством, тут же уходил в отдельный бизнес), мы продолжали работать вместе с отцом и моим братом. Все наши совместные средства мы положили в одну ячейку, чтобы закупить еще земли, оборудование, и, поскольку расходы делились на троих, мы смогли увеличить площади виноградников и распределить обязанности таким образом, чтобы каждый отвечал за свою сферу и углублялся в исследования в своей области. Отец занимался клиентами, брат работал на виноградниках, а я изучал процессы винификации. Примерно в это время мы решили уделять больше времени исследованиям терруара. На нас смотрели искоса, с непониманием, потому что аппелласьон Сансер тогда везде фигурировал как единый терруар, мы же поделили его на небольшие зоны с индивидуальными почвенными особенностями. В стремлении делать вина лучше, делать их отличными от других, мы советовались, и у нас всегда было три головы – три разных мнения, что приводило к взвешенным принятиям решений и выбору интересных методов работы. Многое улучшилось в наших винах, но радикальных изменений не произошло. Все, что мы делали, мы делали с использованием опыта наших предков, но также новых знаний и новых возможностей. Это позволило расширить дистрибуцию наших вин в гастрономических ресторанах Франции, – например, в Нормандии, где у нас очень много хороших клиентов. Мы занимаемся глубоким изучением процессов виноделия, всегда уважая природу и опыт, оставленный нам предыдущими поколениями. Мы думали, как можно использовать новые возможности, чтобы те же процессы, которые использовали наши предки, применять с большей пользой для качества вин. И мы построили гравитационный погреб, так как хотели, чтобы все лучшее из нашего винограда попадало в вино. Тогда все вокруг удивлялись, зачем нам это, ведь есть прессы. Но когда вышел первый релиз и все почувствовали разницу, – многие перешли на такой же способ производства. Что изменилось? Вместо лошадей у нас трактора, многие процессы стали механизированными. Но мы очень тщательно следим за тем, чтобы механизация не ухудшила качества наших вин.

D+: Какова Ваша философия, если кратко, в нескольких словах?

Философия нашего Дома выражена в девизе «Искусство, Страсть, Традиции». Каждый день, который мы проживаем, – это творческий день. Для нас производство вина – отнюдь не то же самое, что, например, производство автомобилей. Чтобы понимать лозу и виноградники, нужно быть творческой личностью. Нужно уметь расшифровывать знаки, которые подает виноградник, и каждый винодел об этом знает. Когда мы высаживаем виноград, понимаем, что вино появится только через 4 – 5 лет. Если бы мы не были столь страстными натурами и начали считать, наверное, решили бы, что инвестиции быстро не вернуть, и занялись другим, более прибыльным делом. Или же наши вина были бы коммерческими, не обладали бы индивидуальностью, не выражали бы терруар, откуда произошли. Наше видение таково, что заниматься виноградниками, виноделием, клиентами нужно с большой страстью, с большим желанием. Что касается третьей составляющей нашего девиза, то перед тем, как принять решение что-то изменить, добавить, мы долго думаем, примеряем, изучаем все то, что было сделано нашими предками. Мы владеем результатами глубоких научных исследований, но понимаем, что работа винодела – это всегда масса предположений. Нужно не только знать, но и уметь предвидеть. И мы это тоже умеем.

D+: Что привлекло Вашу семью в Новую Зеландию, почему Вы решили расширять виноградники именно на этой земле?

Наверное, я не типичный француз. Потому что все французы говорят о том, что лучшие вина производятся во Франции, а все остальные – это посредственность. А мы уже много лет назад начали думать о том, чтобы высаживать свои виноградники и создавать свое вино в других регионах мира. Меня привлекали другие места, например, Орегон. Да, там культивируют Пино Нуар, но не занимаются Совиньоном. Я задумывался о производстве вин в Чили, но Совиньон и Пино Нуар не отличаются экстраординарностью в этой стране. Репутация Чили – это хорошие вина, но не дорогие. В Калифорнии, в Австралии – очень жаркий климат. Так что, когда мы открыли для себя Новую Зеландию и почувствовали, как  много схожих черт с Сансером, мы поняли, что сможем здесь создать чудесный совиньон с проявлением терруара Новой Зеландии.

D+: Было ли это решение мотивировано с экономической точки зрения?

Если говорить о коммерческой стороне, то мы заметили такую тенденцию, которая, на наш взгляд, будет иметь развитие в будущем: импортеров в каждой стране становится меньше, но остаются сильнейшие и наиболее динамичные. Поскольку процесс импорта – дело нелегкое, никто из таких операторов рынка не будет распыляться на множество поставщиков, приобретая в одном месте сансер, в другом – пюи фюме, в третьем – совиньон из Новой Зеландии… Наше предложение включает интересную линейку вин для импортеров – совиньон и пино нуар из Сансера и из Новой Зеландии. Мы можем предложить больший ассортимент своим партнерам и таким образом их мотивировать на работу именно с нами. Хочу сказать, что уже во время первого визита в Новую Зеландию мы влюбились в эту страну и поняли, что здесь сможем создать исключительные вина. Подходящие почвы, климат, великолепная природа. Я испытывал невероятный восторг, когда осознавал, что мы обрабатываем абсолютно девственную землю, которую до нас никто никогда даже не вспахивал. Мало кому из виноделов выпадала возможность высаживать виноградники в абсолютно девственную землю. Итак, мы влюбились в эту страну, мы были полны энтузиазма и нас к этому также подталкивали экономические факторы.

D+: Ваши красные вина не были ранее представлены в Украине. Долгое время, по словам импортера (компании «СВ Плюс»), на них был низкий спрос, а затраты оказывались больше, чем конечная прибыль. Но уже со следующей поставкой планируется ввоз красного сансера и пино нуара из Новой Зеландии, так как отношение наших соотечественников к этим винам явно изменилось в лучшую сторону…

Я считаю, что менталитет украинского потребителя очень изменился за последнее время. Пять лет назад украинские сомелье не знали, что есть такое понятие, как красный сансер, а теперь они сами об этом вине спрашивают.

D+: На данный момент под виноградниками Совиньона и Пино Нуар в Новой Зеландии находятся 40га земли, первые вина которых были готовы к дегустированию в конце 2003г. Есть ли в планах завоевание новых континентов и стран?

В наших планах – расширение виноградников в Новой Зеландии еще на 25га. В принципе, мы можем использовать под посадку лозы 115га, но чтобы сохранить высокое качество вина, пока засадим только 65га. У нас всегда много проектов, но пока о расширении географии не думаем, так как хотим довести до ума начатое. Могу предположить, что если бы мы купили в свое время землю, например, в Бордо, то не смогли бы вести такую тонкую и серьезную работу, как ведем в Новой Зеландии. Так что если бы мы и двигались в какие-то другие страны,  то работали бы только с Пино Нуар и Совиньоном. Мы чувствуем себя профессионалами в работе с этими сортами, иначе нам пришлось бы приглашать специалистов в области других сортов. Кроме того, в мире сложилось определенное представление о нас как о производителе вин из данных сортов винограда. А вот насчет инвестирования в расширение посадок Совиньон Блана и Пино Нуара в других странах я, пожалуй, задумался бы. Пока что мечтаю об Австрии. Возможно, в связи с глобальной переменой климата что-то изменится, но пока эта страна обладает идеальными условиями для культивации Пино Нуара. Впрочем, я туда особо не рвусь только потому, что там для меня нет места. Кстати, я заметил интересную особенность: как в Новом, так и в Старом свете идеальными условиями для выращивания Совиньона и Пино Нуара обладают самые живописные места мира. Но пока что, скорее всего, наши силы будут задействованы в расширении имеющихся хозяйств во Франции и в Новой Зеландии.

D+: Ваши вина поставляются почти в 80 стран мира. Где Вы наблюдаете наибольший интерес к ним, где побеждает Совиньон, а где – Пино Нуар?

Наибольшие продажи – 30% от общего вала – делаются, конечно, во Франции. Затем идут Англия, Бельгия, США, Норвегия и Северная Европа – страны Скандинавии. Но страны Восточной Европы – Украина, Россия – развиваются очень быстро. Исторически самое лучшее выражение терруара в Сансере находит именно Совиньон, поэтому  80% производства в Долине Луары приходится именно на этот сорт и 20% – на Пино Нуар. В Новой Зеландии 50% виноградников отведено под Совиньон и 50% – под Пино Нуар. Что касается объемов производства, то здесь мы производим 65% совиньона и 35% – пино нуара. Последнее время, что примечательно, много пино нуара заказывает Ирландия. 

D+: Долгая история работы с этими сортами, наверняка, не раз приводила Вашу семью к открытиям. Так, насколько я знаю, Ваш отец впервые использовал дубовые бочки для выдержки Совиньона в Сансере. Какие еще инновации были проведены с этими сортами непосредственно семьей Буржуа?

В первую очередь, как я уже говорил, мы поделили регион Сансер на зоны. Сначала на нас смотрели искоса, а теперь все только и говорят о киммериджийских, глинистых и кремниевых почвах, но это произошло всего лет пять назад. Очень много времени мы потратили на то, чтобы отказаться от химических продуктов и быть как можно ближе к природе, особенно в том, что касается обработки виноградников. Сегодня к нам приезжают виноградари Дома «Вдова Клико», чтобы научиться тому, чего мы достигли в этом вопросе. Также большая работа нами была проведена в изучении особенностей выдержки вина. Раньше вино из одной бочки в другую переливалось стандартно 15 декабря, потом – 15 марта и так далее – в привязке к конкретным датам. Теперь первый раз мы снимаем вино с осадка и больше не трогаем до розлива. Это, во-первых, позволяет вину сохранить ароматы, а во-вторых, за счет того, что в состоянии покоя в вине лучше сохраняется натуральный углекислый газ, который выделяется в процессе брожения, после наших вин не болит голова, и вина впоследствии лучше хранятся. Вообще, многие наши методы работы сегодня копируют другие хозяйства.

D+: Вы – одно из винодельческих производств, которое доказало миру, что Совиньон Блан не теряет, а даже приобретает при длительной выдержке. Ваш конек – длительная ферментация и долгая выдержка на осадке, не так ли?

Процесс ферментации у нас длится около месяца, в то время как у многих этот процесс занимает порядка недели. И все наши вина выдерживаются на осадке до тех пор, пока вино не будет готово к розливу. Есть вина, которые выдерживаются 4-5 месяцев, а есть такие, как, например,  Jadis, La Bourgeois и D'Antan, которые мы выдерживаем на осадке практически 15 месяцев, после чего бутилируем и храним минимум год перед тем, как выпустить на рынок. Многие наши коллеги разливают вино по бутылкам в течение первого года. Мы – единственные, кто может предложить сансеры 5, 10 лет, а порой даже старше. Мы все еще предлагаем Etienne Henri 1999 года, и оно великолепно.

D+: Около 40 лет Вы исповедуете некоторые принципы биодинамики. Что для Вас – биодинамическое движение, кроме заявленной Вами на дегустации философии, состоящей в том, чтобы оставить будущим поколениям чистую экологию? Как, по-Вашему, сказываются принципы биодинамики на вкусе вин?

Мы хотим работать ближе к природе потому, что благодаря этому получаются лучшими вина. В то же время мы стремимся оставить своим детям чистую, не отравленную землю. Ведь уже через сорок лет вина из ягод, выращенных на засоренной химикатами почве, не имеют того вкуса, того качества, как произведенные по органическим принципам. А самое страшное: они никогда их себе не вернут. И гравитационный погреб мы построили, чтобы сохранить подаренное природой качество. И производство согласовываем с фазами Луны по этой же причине, – так же, как делали наши предки. Мы обрабатываем виноградники не химическими, а органическими средствами. Нужно быть очень наблюдательными, чтобы предусмотреть и предотвратить болезни, а не лечить их.

D+: Замечу, о своей биодинамической истории Вы не заявляете на весь мир, как другие производители. При этом каково Ваше отношение к маркетингу? Достаточно ли, по-Вашему, долгой истории для хорошего уровня продаж?

Это очень хорошо – иметь долгую историю, когда есть что рассказать людям и заинтересовать их. У нас нет финансовых возможностей повсеместно рекламироваться с помощью кричащих вывесок и массированных сообщений. То, что мы делаем, скорее называется «оставить автограф». На всех своих даже незначительных винах мы ставим свой логотип, свое имя, которое является своеобразным сертификатом качества. Самым большим бедствием для нас было бы поставить свое имя на плохое вино. Конечно, мы участвуем в конкурсах, делаем презентационные бюллетени, но лучший маркетинг для нас – это проведение и последующее освещение в специальной прессе дегустаций, где мы можем рассказать свою историю, показать образцы почв и – самое главное – дать попробовать наше вино. Это работает гораздо лучше, чем огромные вывески или светящиеся витрины.

D+: Расскажите, пожалуйста, нашим читателям эту сказочную историю о дубе, который Вы купили на аукционе.

Это дерево – дуб из королевского леса высотой в 37 метров, с 6-метровой окружностью и весом в 20 тонн – погибло от удара молнии на 435 году своей жизни.  Согласно мифу, под его кроной проходили свидания Генриха IV с его фаворитками, под ним прогуливался Карл V, а в 1995 году, после удара молнии, его торжественно срубили в присутствии десятков журналистов и передали в ведение нашей семьи и известного бондаря из Коньяка Жана Викара. Из древесины этого дуба были сделаны 24 баррика, несколько бургундских pieces и пара коньячных деми-мюи на 600л.

D+: В них Вы выдержали миллезимы 2000, 2001 и 2002 годов и получили редкие Sancerre Blanc и Sancerre Rouge le Chene Saint-Etienne. Что сегодня с этими винами и с этими бочками?

В бочках продолжается выдержка, но уже других вин – Jadis и D'Antan. Впоследствии бочки будут разобраны, зачищены и подвержены легкому обжигу, снова собраны, но сансеры le Chene Saint-Etienne мы в них уже выдерживать не будем.

D+: Какими получились вина le Chene Saint-Etienne? Я слышала, в качестве наиболее употребляемого по отношению к ним синонима, что вина сказочные. Что Вы сами могли бы добавить?

Они, действительно, исключительные. Это коллекционные вина, а для этого им нужно обладать качествами немножко большими, чем другим. Поскольку предполагалось, что это вино должно долго храниться, мы выбрали участки с глинистыми и частично киммериджийскими почвами. Если можно так сказать, белый сансер le Chene Saint-Etienne является двоюродным братом Jadis, но в нем намного больше минеральности, вино еще молодое, яркое и живое и имеет огромный потенциал к выдержке. Вино комплексное, многогранное, в нем можно ощутить и фруктовость, и минеральность, и особенности терруара. Мне пока ни в моем регионе, ни где-либо еще в мире не попадалось вино, подобное этому. Это великое вино. Тонкое, элегантное, высокого уровня. В Украину сейчас едет 24 бутылки le Chene Saint-Etienne. Как вы знаете, в честь погибшего сент-этьенского дуба в королевском лесу мы уже посадили тысячу саженцев из его желудей, которые дадут новые бочки через 200 лет. Так вот, каждый покупатель ящика вина le Chene Saint-Etienne получает сертификат, подписанный нами и Национальным лесным бюро Франции о том, что посажено еще одно дерево, и этому молодому дубочку присваивается имя данного покупателя. Так как приживаются не все дубочки, табличка с именем обладателя будет присвоена дереву только тогда, когда дерево окрепнет. Владелец дерева может сидеть под своим дубом, но срубить его, конечно, никто не разрешит.

D+: Жан-Мари, один из Ваших сыновей занимается ресторанным бизнесом. Расскажите об этом, пожалуйста.

Мой старший сын никогда не горел винами, но всегда увлекался гастрономией. Он закончил кулинарную школу, и работал поваром в известных ресторанах Франции. Однажды в селе Шавиньоль он наткнулся на маленький ресторан на 25 посадочных мест, который продавался. Сын купил этот ресторан, начал заниматься им, построил также отель Le Cote Des Monts Damnes на 12 очень комфортных номеров (более комфортных нигде в регионе нет), сделал еще один зал уже гастрономического ресторана Des Monts Damnes на 35 посадочных мест и бистро – Bistro Des Monts – на 50-60 посадочных мест. Подробно о ресторане, отеле и бистро можно узнать на сайте www.montsdamnes.com.

D+: В винной карте этого ресторана, конечно же, представлены и Ваши вина…

Да, безусловно. Но также вина и других доменов, любимые вина клиентов моего сына. 50% клиентуры этого заведения составляют иностранцы, и мне было очень приятно, что в отель моего сына недавно приехал украинец – специально, чтобы в его ресторане отметить свое 50-летие. Было заказано мероприятие на 40 человек.

D+: Довольны ли Вы культурой потребления вина в Украине и России, объемами продаж Ваших вин и прогнозируете ли дальнейший рост?

На украинском рынке наши вина представлены уже 5 лет, все эти годы мы работаем с компанией «СВ Плюс» и продажи развиваются хорошо. Пять лет назад не все еще слышали о Сансере и его винах, сегодня же все хорошо знают сансеры, пюи-фюме, новозеландские вина, и, конечно, все хорошо знают вина  Henri Bourgeois. Тяжелым был 2009 год, но сейчас, похоже, ситуация меняется к лучшему, рынок восстанавливается. И я верю в развитие спроса на вина в Украине. На российском рынке мы хорошо были представлены до июня 2008 года, пока не произошел сбой в оплатах с одним из импортеров, и мы прекратили поставки. Около года мы вели переговоры, и в начале 2010 возобновили продажи в России через компанию Simple. Пока мы довольны.

D+: Что бы Вы хотели добавить к нашему сегодняшнему интервью?

Я бы хотел отметить, что я – Жан-Мари Буржуа – сегодня здесь, потому что представляю Дом Henri Bourgeois. А Дом Henri Bourgeois – это работа большого коллектива людей, которые заботятся о виноградниках, собирают урожай и делают другую сложную работу. Я не являюсь звездой, я просто представляю здесь и сейчас работу всей семьи, которая причастна к созданию вин Henri Bourgeois. Вуа-ля. Также, пользуясь случаем, приглашаю вас в Сансер!

D+: Спасибо, Жан-Мари, надеюсь, однажды моя звезда приведет меня в это  удивительное место, где рождаются Ваши вина. Благодарю от всей души за беседу, за действительно великие вина и за удовольствие, которое Вы сегодня подарили нам на дегустации, а затем во время беседы. Успехов и процветания Вашему Дому!

Беседовала Евгения Родионова

 


На сайте есть материалы запрещенные к просмотру лицам младше 18 лет!